Я 1927 года рождения, в Херсоне родилась. До войны жила на улице Ленина 2. Там мы прожили 10 лет, а забрали меня по облаве с улицы Суворова. Немцы призывали, нужно было убегать. Мне нужно было пойти на Забалку к бабушке и спрятаться с мамой, потому что в доме напротив нас эвакуировались евреи. Был один гестаповец — видно, это ж он, откуда они все наши списки брали? Откуда все адреса знали? Я боялась дома ночевать. Думаю — пойду на Суворовскую к подружке Тане…

Они пришли ночью, забрали маму в полицию, били там её, говорили, что, если ты не скажешь, где дочь, значит, поедешь сама. И вот я сплю у подружки, а мне снится сон — наш парк снится, и как будто наши самолеты советские бомбят. А в это время стук в дверь. У Тани была комнатная собачка Коломбина, она как загавкает! Открываем — это полиция. И оттуда меня и забрали, прямо на улицу 9-го Января, там «скорая помощь» и полиция была. Они нас всех, со всего города туда свозили — облава была по всему городу, и Стеклотара, и Сухарная, и Забалка. Списки у них уже были — не знаю, откуда они их брали…

ost9417

Из полиции нас погрузили на машины, вокруг полицаи и овчарки, и повезли прямо на вокзал. И сразу в товарные вагоны. А мы ж без вещей, без ничего! Родители, которые могли, прибежали, кто что принес, а немцы не пускали, не открывали нас. Мы подняли крик, стук, плачь, потом они всё-таки открыли и разрешили дать нам вещи. И эта моя подруга Таня вместе с моей мамой тащили на вокзал мне чемодан. Говорит, мама открыла спину — а спина вся у неё изрешеченная была, вся побитая.

А потом погнали нас, повезли в Германию. Когда мы останавливались, и если кто хотел бежать — они стреляли. Мне предложила одна девчонка, Галя Гришко её звали: «Давай ляжем между рельсами, вагоны не задевают, я смотрела…» Но это было уже в Польше, и я побоялась. А Галя так и сделала — легла между рельсами, паровоз же впереди. И она ушла, и пришла в Херсон, но очень несчастная, потому что добиралась аж из Польши.

Нас привезли в Польшу, Перемышль помню, там нас повели в баню, в ванную, в дезинфекцию. Потом повезли Бреслау, сейчас это тоже Польша, а тогда немцы там жили. А из Бреславу перевезли в Хиршберг, там уже биржа была — немцы приезжали и нас выбирали.

Знахуренко В.Д.

 * * *

Норченко Вера Лукьяновна

Норченко Вера Лукьяновна

Я училась в Цюрупинске, в школе, но училась я немного — началась война. И как немцы появились — нас всех собрали, всю молодежь, и угнали на пойму — так это место называется. Написано было объявление, что всем с такого-то по такой-то годы рождения собраться, если есть у кого лопата или сапа, то нужно взять. И повезли нас на машинах таких, как раньше были, полуторками назывались. На этих машинах нас везли километров десять-двенадцать. Сейчас это место Цюрупинская пойма называется. Там было песка много, и грузили на вагоны пески, и немцы отправляли эти вагоны себе домой, в Германию. А потом в одно время нас всех погрузили и привезли в порт, в Цюрупинск. Привезли, погрузили на пароход, у нас никаких вещей — забрали нас с поймы как мы стояли, мы даже грязные руки не помыли. Приехали мы в Херсон, в Херсоне нас опять погрузили в эти машины-полуторки. А потом повезли нас поездом. Мы даже не думали, что мы куда-то едем. Мы даже не знали, куда, и что, и как… Никто ничего не знал.

Нас погрузили в такие вагоны, их называли «телячьи вагоны» — там только пол, потрушено реденько-реденько соломкой, щели огромные. И вот так мы спали. И даже места своего не было. Я помню, какое-то время я ехала и сидела, опустив ноги с вагона, но спрыгнуть мы не могли. А если где вагоны останавливали, то сразу вокруг выставляли собак и немце — они сразу оружие на нас наставляли, значит, если кто будет бежать — сразу будут стрелять. Все были с оружием, с собаками. И сколько мы ехали в Германию, столько бомбили. И кто-то из нас, видно, был счастливый — не знаю, кто, но кто-то был счастливый, что мы остались живы. Бомба то там упадёт, то там. Всё время бомбили, а мы молились-крестились, чтоб как-нибудь уже доехать, хотя не знали, куда мы едем.

Приехали мы сначала в Польшу. Знаю, что в Белоруссию заезжали. А когда в Польшу ехали, там нас раздели догола и в какую-то камеру повезли. Нас там ошпаривали, чтобы мы случайно не занесли инфекцию. И волосы все обстригали. Потом уже в конце концов доехали мы в Германию..

Норченко В.Л.

Источник: Альманах «Живая история» в рамках проекта «Диалог поколений»

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *